и почему они вообще стали нападать на меня? Не ожидала, что он вмешается… да еще и сюда пришел узнать как я. С чего вдруг такая забота? Ох, знали бы вы, как я испугалась и за себя, и за вас! — уже тараторила она вовсю.
— Знал бы я, что тебя так прорвет, не стал бы подбадривать, — улыбнулся камердинер, позволяя рабыне удовлетворить свое любопытство. — Как много вопросов. Давай по порядку. На тебя напали не просто вампиры, как я, Вергилий или князь, и не новообращенные, как твоя подруга Дженис. Это так сказать, молодняк.
— Молодые, это сколько лет? Не все из них выглядели юно, — прервала Клэр.
Хаолл раздраженно цокнул и закатил глаза.
— Это пара-тройка сотен лет не более. Не перебивай.
— Сколько? — неприлично вытаращилась девушка. — А вам сколько?
— Эта девчонка любого доведет, — проворчал Хаолл, шумно вздохнув. — Просил же не перебивай. Мне полторы тысячи лет, а Вергилий старше еще на пять сотен. Так вот, если позволишь, я продолжу.
Как завороженная Клэр с открытым ртом и выпученными глазами медленно покивала головой.
— Молодые тоже мало контролируют свои желания, и всё же они более разумные. Но причина их безумия, как я уже говорил, это ты. Ты не местная. Ты другая. Все в тебе другое. Манящее. Ты словно божественный напиток.
— Понятно, наркотик, — хмыкнула рабыня, невольно вспоминая небезызвестный фильм из своего мира.
— Верно, им просто снесло крышу, — решил поучаствовать в беседе Вергилий. — И если более старшие вампиры могут с этим справиться, то молодые нет. А вот твоей подруге новообращенной вообще чихать, чью кровь пить. У нее сейчас период жажды.
— Угу, — промычала Клэр. — С этим разобрались. Теперь Князь.
— Так как я являюсь камердинером милорда мне и рассказывать, — важно заявил Хаолл. — Князь: у нас из древних.
Чтобы не перебивать вредного вампира, Клэр тут же подняла руку, как на уроке.
— Опережая твой вопрос, поясню — ему семь тысяч лет. И закрой уже рот. Не прилично так удивляться, — притворно возмутился камердинер, открыто забавляясь реакцией рабыни.
Девушка смутилась, сомкнула губы, чуть поджав их, и на всякий случай скрестила руки, делая вид, что обиделась. Не купившись на слабую игру рабыни, Хаолл продолжил:
— То, что ты видела во время драки это древняя магия вампиров. Князь применил усмиряющую волну. Она требует высокого уровня владения магией в целом, а также большой концентрации энергии. Сила волны сдерживает более слабых вампиров, одинаково распределяя энергию на всех оказавшихся в доступном радиусе, но ослабляет самого создающего. Время и степень воздействия заклинания зависит от мощи вампира и количества, скажем так, недругов. Сама понимаешь, чем больше в круге вампиров, тем меньше они получают урона, тем сложнее их сдерживать и тем быстрее они оправятся. Поэтому решение о применении “Волны” должно быть хорошо продумано, особенно не самыми сильными вампирами.
— Ого, — не удержалась Клэр от восторженного высказывания, — ваш князь, видать, очень силен, раз решился на такой поступок. В холле было много того самого молодняка.
— Рад, что наш мастер тебя впечатлил, — перетянул одеяло на себя Вергилий. — А если тебя удивило, то, что милорд лично озаботился твоим состоянием, то в этом нет ничего странного. Во-первых, ты его собственность, а к своему имуществу у князя трепетно отношение, — рабыня, не сдержавшись, фыркнула, а управляющий совершенно серьезно продолжил. — Во-вторых, ему в замке не нужен ни девичий труп, ни новообращенный вампир. И я с ним согласен.
— Ясно, — вздохнула девушка, опершись спиной на спинку кровати, — теперь я знаю, как выглядит сумасшедший дом изнутри.
— У тебя странная привычка все время оскорблять других, — сделал замечание камердинер.
— А у тебя… — подалась вперед Клэр и осеклась. Она хотела нагрубить Хаоллу, но после того, что они для нее сделали, это было бы неправильно, совсем неправильно. Рабыня осмотрела мужчин и сникла. Вид у них был основательно потрепанный. Через изодранную одежду просвечивались бледные тела, лица и руки изрядно расцарапаны, а на глубоких ранах имелась уже засохшая кровь, но не привычная красная, а темная, почти черная. Но при этом оба выглядели безумно счастливыми, с идиотскими улыбками на лицах и светящимися глазами.
— Вам сильно досталось из-за меня. Спасибо, что не бросили и защищали ценой собственной жизни, — сочувственно произнесла девушка и всхлипнула.
— Эй, ты чего раскисла, птичка, — улыбнулся Хаолл, — вампиров не так легко убить. А это, — указал он на себя и свои руки, — заживет без следа дня через три-четыре. Регенерация у нас и так неплохая плюс кровь еще ускоряет этот процесс.
— Кровь? — встрепенулась рабыня. — Человеческая кровь? — и протянув руку, взволнованно предложила. — Вот. Моя же подойдет?
Вергилий мгновенно стер улыбку со своего лица.
— Убери руку и больше никогда не предлагай.
— Ну почему, — девушка непонимающе смотрела на вампиров. Ей и так было сложно решиться предложить себя, — считайте это моей благодарностью за спасенную жизнь.
— Ты не понимаешь, Клэр, — голос Хаолла стал отдавать хрипотцой, губы нервно подрагивали, а в глазах появился красный оттенок. — Если мы попробуем, не сможем остановиться. Или ты думаешь, что на нас твои чары не действуют?
Видя их мучения, рабыня не выдержала, встала с кровати и на негнущихся ногах подошла к мужчинам. Пульс и дыхание участились от волнения.
— Я не знаю, как так получилось, но вы оба стали мне по-особому дороги. Если вы боитесь вовремя не остановиться, то присмотрите друг за другом.
И снова протянутая рука, словно запретный сладкий плод, зависла всего в нескольких сантиметрах от вампиров. Мужчины плавно поднялись со своих мест. По их напряженным лицам и краснеющим глазам было видно, как тяжело им бороться с искушением.
Вергилий сглотнул, прикрыл глаза на мгновенье и отступил.
— Давай ты первый.
Хаолл кивнул. Сочувственно глядя в испуганные глаза рабыни, он взял двумя руками ее хрупкую ручку и рывком припал к запястью, беспощадно вонзая свои стремительно удлиняющиеся клыки. Из уст Клэр вырвался тихий стон. Боль, обжигая запястье, отдала в плечо, а на глазах непроизвольно выступили слезы. Мужчина жадно втягивал тягучую кровь девушки, торопливо совершая большие глотки. Вергилий терпеливо выждал положенное время и взял приятеля за плечи, слегка надавив.
— Все, Хаолл, отпускай.
Вампир угрожающе зарычал. Вергилий грубо дернул его за плечи, оторвав от руки рабыни. Клэр негромко вскрикнула. Клыки Хаолла малость порвали нежную кожу, отчего кровь побежала тоненькой струйкой по ладони. Камердинер со злостью развернулся к другу и враждебно зашипел. Вергилий, не долго думая, ударил его кулаком в челюсть.
— Приди в себя.
Почувствовав отрезвляющий удар, Хаолл слегка помотал головой из стороны в сторону и посмотрел на управляющего уже ясными глазами. Опомнившись, он
